EUR
4125.29
(+49)
USD
3790.00
(+55)

Новости:

ПЕСНЯ ВЕЧНОЙ ЛОЗЫ


3 июня 2005
В одной из народных легенд рассказывается, что виноградная лоза родилась от солнца и земли. Ее первые гроздья наливались от зари до сумерек.
Те, что созревали поутру, покрывались нежным румянцем зари.
Грозди, созревшие днем, вбирали в себя золото полуденного солнца.
Ягоды, созревшие в темноте, обрели цвет южной ночи: темно-синий и черно-восковой, каковым бывает узбекский сорт винограда "чарос", сравниваемый с дивными глазами восточной красавицы.
Работая над переводом академического двуязычного  издания "Алпомиш. Узбекский героический эпос", обратил внимание  на такую интересную деталь эпического памятника. В тексте сказано о "шароби антахур" - целительном, веселящем, пробуждающим любовную страсть вине, даруемом богами.
В варианте сказителя Фазила Юлдашева, отличающемся замечательной полнотой и художественностью разработки, есть такой эпизод: узнав о трагическом положении своей возлюбленной Барчин в стане враждебных калмаков, Алпомиш спешит к ней на помощь. В дороге  Алпомиш находит ночлег на мазаре, у гробницы святого. Чилтаны - сорок неразлучных духов, заступники в беде и могущие появляться среди верующих в облике людей, совершают чудодейство, перенеся из Чилбир-чоля, с берегов Айнаколя, из бархатной юрты, где спала Барчин, ее чистую душу, отделив от тела. Алпомиш же здесь спит себе. Чилтаны и у него, сонного, душу отделили от тела. После этого они душу Алпомиша и Барчин положили посредине в одном месте. Одна чаша с напитком "шароби антахур" была преподнесена святыми чилтанами душе Барчин. Увидев душу Алпомиша, она одна испить не пожелала, выпить с ней возлюбленному предлагала и слово такое сказала: "Берите, аллаёр-аллаёр, подойдите, аллаёр-аллаёр, скорее же, аллаёр-аллаёр. Держа чашу, рука моя устала…".
О каком божественном напитке могла идти речь в древнем сказании? Известно, что в произведениях фольклора нередко обращается взгляд в будущее: ковер-самолет, зерцало мира обретают по истечении веков реальные осязаемые черты и становятся действительностью. Следуя логике рассуждений, с уверенностью можем сказать, что "шароби антахур" - это не что иное, как восточное вино в самом лучшем, превосходном его идеале, чарующем изысканным букетом.
Щедрый на  жаркое солнце Узбекистан дал миру поистине божественный напиток. Это такие высокомарочные вина, как "Гуля-Кандоз", завоевавший пять золотых и пять серебряных медалей и большую медаль Лейпцигской ярмарки за 1976 год, а последнюю награду оно получило в 1997 году. Это и узбекские вина "Алеатико", "Юмалак", "Ширин", "Фарход", "Каберне ликерное", "Вассарга".
Об этом мы беседовали с доктором биологических наук Владимиром Петровичем Печенкиным, прогуливаясь по аллеям Ботанического сада. Он рассказал и о старых сортах, пользующихся большой популярностью в народе: "хусайне", "нимранг", "кишмиш черный", "тайфи розовый". О последнем сорте винограда Владимир Петрович вспомнил даже сказание.
На древнюю землю Согдианы, опустошая все вокруг, надвигались воинственные арабы. Всадников было так много, что, казалось, земля содрогается под копытами бесчисленных скакунов, и пыль от них навсегда закрыла солнце. Полчища завоевателей осадили самый крупный город края. Жители Мараканды отчаянно защищались, но не смогли противостоять натиску врага. Арабы убили многих мирных жителей, часть их угнали в рабство, сожгли кишлаки и уничтожили сады и виноградники. И вдруг в разрушенном и разграбленном городе выросла необыкновенная лоза винограда с чудесными ягодами. И получил этот виноград название "тайфи", что означало "племя, род".
- С тех далеких времен прошло не одно столетие, но до сих пор эти розовые ягоды дарят людям  долголетие, бодрость и силу", - закончил свой рассказ профессор В.П.Печенкин.
Мы вошли на участок восточно-азиатской дендрофлоры, расположенный в юго-западной части паркового массива. Наряду с множеством субтропических растений, за кустами смородины мы пoпaли в рощу японского багряника, особо эффектного весной. В глаза бросился оригинальный виноград Давида с колючими стеблями, обладающий особой декоративностью. Дикорастущий виноград невольно стал темой продолжения  беседы. Ведь это он - виноград гиссарский, или дикий - является древним предком семейства виноградовых.
По статистике большая часть мирового урожая винограда (приблизительно 85 процентов) перерабатывается   для производства марочных вин. И когда мы с Владимиром Петровичем коснулись опять-таки прежней темы,  я услышал от него очередную историю о восточном вине. По ассирийской легенде честъ открытия этого напитка принадлежит женщине из Азии - царице Семирамиде, жившей в IV веке до н.э. в Месопотамии.
Омар Хайям в трактате "Науруз-наме" в главе "О пользе вина" утверждает, что первое вино приготовили на территории нынешнего Афганистана:
"Говорят, что куст винограда распространился по всему свету из Герата, и в Герате так много винограда, как ни в каком городе и местности". 
Среднеазиатская легенда отдает приоритет земной женщине и воле случая. Во времена правления персидского царя Йеммеда из династии Ахеменидов, в год основания им Персеполиса был собран обильный урожай винограда. Он, как обычно, был убран в погреб правителя. Но через какое-то время в сосудах началось непонятное брожение: по утверждению придворных лекарей, в заготовленный для царского стола виноград вселились злые духи. Погреб был опечатан, дабы духи не вырвались на свободу и не натворили беды.
Как-то у одной из жен правителя настолько сильно разболелась голова, что она решила покончить с собой, выпив яда, который хранился в опечатанных сосудах. Отведав отравы, женщина с удивлением отметила, что головная боль прошла, а на душе стало легко и радостно - все печали ушли. Так люди узнали, что перебродивший сок винограда - сладостное лекарство, которое лечит душевные и некоторые физические недуги.
По утверждению ученых, наиболее древний очаг развития виноградарства - Средняя Азия. Здесь виноградарство и виноделие уже за много лет до нашей эры находились на высоком уровне. На территории Ферганской долины во время раскопок одного старинного селения археологи  обнаружили винодельню, относящуюся к началу IV века в. н.э.
После перехода населения Средней Азии в мусульманство   виноделие было прекращено, но стали распространяться сладкие столовые сорта.
- Но существовал ли в мусульманских странах столь жесткий запрет на вино? - спросил я Владимира Петровича. - Ведь из арабских сказок видно: если человек богат, он может позволить себе вино, если нет, его удел - вода и ячменная лепешка. Так, например, в сказке "Халиф на час" читаем: "Возьми, выпей и придет к тебе от вина нежданно ясность рассудка. Избавь нас от тех, кто вечно думает и гадает, как те, что носят на плечах тяжелую ношу. Забудь заботы и тревоги, которые сокращают жизнь, не упуская ни минуты счастья и радости..."
- Примечателен тот факт, что ислам признает божественную и сладостную основу этого напитка, - ответил мой собеседник, - ведь, согласно религии, каждый правоверный мусульманин в загробном мире вместе с "черноглазыми и скромноокими" будет наслаждаться "вином запечатанным, оставляющим после себя не тяжкое похмелье, а лишь аромат". Но при жизни вино - это "мерзость из деяния сатаны". Такое отношение, то есть запрет на потребление вина - это отголоски противоречий кочевого и оседлого образа жизни, которые нашли свое отражение в священной книге.
Известно, что вино входило в большинство целительных бальзамов врачей средневековья. Абу Али-ибн  Сино,  помимо рассмотрения свойств вина в медицинских сочинениях, прославлял его в стихах. Эту традицию продолжили многие восточные поэты - Омар Хайям, Хафиз, Навои, Бабур, Машраб, Атаи, Надира.
Конечно, тема вина в мусульманской поэзии еще ждет своих исследователей, и здесь особо нужно обратить внимание на то, что в наследии узбекских поэтов-классиков встречаются образы и представления, идущие от суфизма. Совершая прогулку по Ботаническому саду с известным ученым-биологом, мне как литератору непременно хотелось поделиться об этом и сказать, что приверженность к вину как средству для разрыва с мирскими соблазнами идет от философии суфизма. Ярким образцом здесь могли бы послужить строки газели  Надиры:
Достоин тот, кто, позабыв мирскую суету,
Пьет залпом чашу и хранит хмельной завет любви.
Но вино для восточных поэтов - это прежде всего символ внутреннего протеста, символ освобождения человека для обретения своей индивидуальности и истинной ценности. Вот как сказано об этом у Омара Хайяма:
 Когда я пью вино - так не вино любя.
Не для того, чтоб все в беспутстве слить в одно.
А чтоб хоть миг один дышать вовне себя,
Чтоб вне себя побыть - затем я пью вино.
А великий поэт Алишер Навои развивает эту тему гораздо глубже, как тонкий художник-мыслитель:
 Дай, кравчий, мне вина, мне винный погреб люб,
Я здесь хоть тем умен,  что понял,  как я глуп.
В поэзии узбекских классиков вино и хмель несут забвение мучениям страсти, они подобны опьяняющей красе возлюбленной:
 Вином врачуют боль измен - так сказано давно, 
- Держи,  о кравчий,  в кабачке для страждущих вино.
(Надира).
 Мотивы, связанные с темой вина и веселья в газелях узбекских классиков, передают мир пленительного средневековья, подобно восточным миниатюрам в романтическом ключе и особом поэтическом звучании. Касаясь темы "Восток и вино", невозможно не процитировать отрывок из мемуаров гератского писателя Васифи: "Я увидел маджлис, разукрашенный, как рай небесный. Повсюду красавицы, подобные гуриям прекрасноглазым, среброногие кравчие разливали вино по золоченым кубкам, мешая закуску соленых фисташек с сахаром сладких улыбок..."
- Вы знаете, - обращается ко мне Владимир Петрович, - сообщу и еще весьма важный исторический факт: из Ташкента для защитников Ленинграда в апреле 1942 года был отправлен эшелон с первомайскими подарками: из 68 вагонов с продуктами семь были с вином...
...В осажденном Ленинграде, в холодном, сотрясаемом близкими бомбовыми ударами зале Государственного Эрмитажа в октябре 1941 года были проведены две юбилейные конференции, посвященные 500-летию со дня рождения Алишера Навои. И тогда прозвучали на русском языке мелодичные строки великого узбекского поэта Алишера Навои:
Навои, хмельною чашей сердца дом развесели:
Где вино - там скорбь не гостья, не родня - чтоб не пришла.
Мне думается, что после конференции, в работе которой участвовали ведущие востоковеды, за скромным столом был поднят бокал узбекского вина сорта "тайфи" и со словами самого гениального шаира-стихотворца:
...И печали скажет властно звон бокала:
не придешь!
В душе звучала солнцезвучная песнь виноградной лозы, и на сердце росла гордость за наш солнечный, прямодушный и щедрый узбекский народ.
Максуд Абдурахимов.
Кандидат филологических наук.


Также в разделе:

№134/2014

"Белые" атакуют и… выигрывают

 Загадочное исчезновение молодой женщины, огромное наследство и неожиданный финал - в этом спектакле есть все, за что мы так любим детективы. В Ташкентском государственном театре музыкальной комедии (оперетты) премьера нового спектакля "Ловушка", поставленного по мотивам пьесы Р.Тома. Сюжет ... Подробнее
№151/2014

Лето для сцены

 Театры ушли на каникулы, однако не все актеры отправились отдыхать. Для некоторых время отпуска совпало со временем совершенствования способностей и талантов. Актеры двух столичных театров приняли участие в восьмой международной летней театральной школе Союза театральных деятелей Российской Феде... Подробнее
№220/2014

Концерт лауреатов

В Андижане под девизом "Мы - дети Родины, ростки надежды" состоялся отчетный концерт группы андижанской молодежи, удостоенной премии "Нихол" в 2007-2013 годах. В рамках масштабных реформ, проводимых под руководством Президента страны, особое внимание уделяется выявлению и достойному стимулиро... Подробнее
Регионы